ЗОЛОТАЯ СИЛЬСИЛЯ-5

  5. ДЖА’ФАР САДЫК -радыйаллаху анху-

     Джа’фар, которого называли еще Абу Абдуллахом, имел прозвище Садык. Его прозвали так из-за того, что он никогда в жизни не говорил неправды. На его лице всегда была улыбка, а речь всегда была простой и приятной. Кожа имела розовато-белый оттенок и, казалось, излучает свет. У него была большая голова. И во всем он был похож на своего прадеда ‘Али (радыйаллаху анху).

          «Единственное, чего я опасаюсь, – это, что в Судный день мой дед, взяв меня за ворот, скажет: «Почему ты должным образом не следовал за мной? Ведь это следование не является привилегией рода или происхождения, а есть деяние».

     Джа’фар Садык, который стал пятым в золотой цепи преемников духовного наследия Досточтимого Пророка (саллаллаху алейхи ва саллям), был из рода самого Посланника Аллаха (саллаллаху алейхи ва саллям) и из рода Абу Бакра (радыйаллаху анху). Его отцом был Мухаммад Бакр, внук досточтимого Хусейна, а матерью – Умму Ферва, правнучка Абу Бакра, дочь Касыма, четвертого в золотой цепи преемников. Родился он в 83/702 году в Медине. И слышал хадисы из уст многих табии-табиинов. Его отец Мухаммад Бакр передал ему множество хадисов, услышанных от Аты, Урвы и Зухри. От самого Джа’фара передали хадисы Шу’ба, его сын Муса Казым, Йахья бин Саид, Абу Ханифа и другие очень известные передатчики хадисов. Во всех шести основных сборниках хадисов, кроме сборника аль-Бухари, имеются хадисы, переданные Джа’фаром Садыком. Его увлекали духовные знания и все естественные науки. Передается, что он обладал способностью силой мысли воздействовать на материальные предметы. Он был выдающимся химиком, физиком и математиком. Он показал, что Ислам занят не только духовным воспитанием и преображением человека, но и побуждает его к открытиям посредством разума тайн материального мира. Передается, что основоположник алгебры Джабир бин Хаййам был его учеником и многому научился у Джа’фара. Джа’фар был первым в тасаввуфическом толковании Священного Корана. Его тафсир сохранился до наших дней. Он жил в одно время с великим ученым Имамом Абу Ханифой и был примерно одного возраста с ним, исходя из чего, некоторые источники пытаются предполагать, что Джа’фар был увейси-наставником великого Имама, но с определенной долей уверенности можно допустить лишь, что они были знакомы и близки. Известно, что, имея в виду те духовные изменения, которые произошли в последние два года его жизни, Абу Ханифа сказал: «Если бы не последние два года моей жизни, Ну’ман пропал бы».

      Джа’фар Садык умер в 148/765 году и был похоронен на кладбище Джаннат аль-Баки’ рядом со своим отцом Мухаммадом Бакром, дедом ‘Али Зайнальабидином и дядей его деда досточтимым Хасаном бин ‘Али. До того, как со всех могил этого кладбища были убраны надгробия, и они были сравнены с землей, могила Джа’фара была очень почитаема, особенно иранцами. И по сей день у шиитов существует целое религиозное течение Джа’фарийя, берущее начало от него.

        Часть жизни Джа’фара Садыка прошла при правлении Омеядов, но он застал и правление Аббасидов. Известно, что Абу Муслим Хорасани, который выступал против Омеядских халифов, написал письмо, в котором просил его стать халифом. Джа’фар отказался, сказав: «Я не возьму на себя правление», и сжег письмо. Ведь если он и являлся халифом, то только мира духовного. И, если бы он вступил в эти политические баталии, то скоро утратил бы свой авторитет духовного лидера. Когда к власти пришли Аббасиды, некоторые из халифов также продолжали побаиваться его духовного влияния, но скоро он сумел расположить их к себе своим дружелюбием, заставив любить и почитать. Известно, что второй Аббасидский халиф Абу Джа’фар Мансур часто навещал его и спрашивал его мнения по многим вопросам.

          Есть предание, что однажды на лицо халифа Мансура села муха. И сколько бы он не старался отогнать назойливое насекомое, она не переставала досаждать ему. Когда в дверях появился Джа’фар Садык, халиф спросил его:

           «В чем мудрость сотворения такого насекомого, как муха?».

          «В том, чтобы показать угнетателям, и тем, кто полается лишь на себя, что они бессильны даже перед мухой», –ответил Джа’фар.

          Известно, что Джа’фар поддерживал связи со многими мутасаввифами своего времени. Он часто приходил и проводил с ними сохбеты. Одним из почитателей Джа’фара был такой известный мутасаввиф, как Дауд Таи. Передается, что однажды Дауд Таи пришел к Джа’фару Садыку и, пожаловавшись на то, что сердце его очерствело, попросил наставления. Джа’фар Садык отвечал:

          «Ведь ты самый известный захид нашего времени, зачем тебе понадобились мои советы и наставления?» Дауд Таи сказал:

          «О потомок Досточтимого Пророка, ты имеешь превосходство над другими людьми, поэтому можешь давать наставление любому из них». На это Джа’фар Садык ответил:

          «Дауд, единственное, чего я опасаюсь, –это, что в Судный день мой дед, взяв меня за ворот, скажет: «Почему ты должным образом не следовал за мной? Ведь это следование не является привилегией рода или происхождения, а есть деяние».

          Как об этом говорил Досточтимый Пророк (саллаллаху алейхи ва саллям):«Если Всевышний Аллах пожелает одному из рабов Своих блага, Он покажет ему недостатки души его», Джа’фар Садык был одним из тех, кто удостоился счастья знать о своих недостатках. Передается, что однажды, собрав своих слуг, он сказал: «Давайте дадим друг другу слово, что тот из нас, кто спасется в День суда, будет ходатайствовать за других». На что те возразили: «Ведь ты потомок самого Посланника Аллаха. А дед твой –заступник всего человечества. Зачем же тебе наше ходатайство?» Он ответил: «Я в День суда буду стесняться смотреть в лицо моего деда, оттого что я сегодня такой и так поступаю».

 

          Его скромность и аскетизм

          Он не любил тех, кто превозносился над другими. Однажды, проходя мимо небольшой группы людей, он спросил: «Кто у вас главный?» Один из них встал и сказал: «Я». Но Джа’фар возразил: «Если бы ты действительно был у них главным, ты бы не сказал «я»». Так как «самомнение» и авторитет несовместимы». Известны и другие его слова о высокомерии: «Каждый грех, в начале которого присутствует страх, а в конце –раскаяние, приводит раба к Аллаху. Каждое поклонение, в начале которого присутствует самонадеянность, а в конце –высокомерие, отдаляет от Аллаха. Высокомерный раб –мятежник; мятежник, просящий помилования и прощения –настоящий раб».

          Джа’фар Садык был аскетом, но это не выражалось лишь в ношении им шерстяной хырки. Напротив, передается, что однажды к нему пришел один из его современников, Суфьян Саури. Он увидел на Джа’фаре очень дорогую одежду и, смутившись, поспешил сказать ему: «Ведь вы из рода Досточтимого Пророка. Подобает ли вам носить такие дорогие одежды?» На что тот ответил: «Как ты мог подумать такое? Подойди, посмотри, что под ними». Когда Суфьян просунул руку под кафтан, он нащупал под ним одежду из грубой шерсти. А Джа’фар сказал ему: «В наши одежды мы облачаемся лишь ради людей и не скрываем их. То, что мы носим изнутри, носим лишь ради Аллаха, не желая, чтобы об этом знал еще кто-то. Так как следует скрывать то, что предназначено Аллаху».

          Он был из тех, кто предпочитал бедность и терпение богатству и благодарности. И когда его спросили:

          «Кто, на ваш взгляд, лучше: благодарный богач или терпеливый бедняк», –он ответил:

          «Несомненно, терпеливый бедняк лучше. Ведь тогда, когда сердце богатого занято вещами и имуществом, сердце бедняка пребывает с Аллахом».

                                                           ***

          Сохранились и его не менее прекрасные высказывания о братстве и дружбе. Он говорил: «Для того чтобы стать истинным верующим, следует быть с людьми настолько дружелюбным, настолько ты желал бы видеть дружелюбными их. И не будь другом плохим людям, ибо они научат плохому и тебя. И не закончатся беды твои и невзгоды, если заведешь ты себе друга из таких. Тот, кто вхож туда, куда ходят плохие люди, и сам не спасется от упреков и порицаний. И тот, кто не может держать язык свой за зубами, всегда будет об этом сожалеть».

                                                           ***

          Он был из тех, кто твердо верил, что всегда и во всем следует уповать на помощь Аллаха, а не людей. В предании рассказывается, как однажды он вышел вместе с несколькими своими учениками на прогулку. Когда они находились у берега реки, один из учеников поскользнулся и упал в воду. Привязанный крепкими духовными узами к своему учителю, он, захлебываясь, стал звать его: «О Джа’фар! О Джа’фар!» Но вскоре ушел с головой под воду. Затем он опять показался на поверхности воды, и Джа’фар спросил:

          –Что случилось? Как ты утонул? И как ты спасся?

          –Позвал Джа’фара –ушел на дно. Упав на дно реки, призвал на помощь Аллаха –и спасся.

          –Будь таким всегда. Это истинный истимдат (взывание о помощи).

                                                           ***

          Он говорил:

          «Давайте друг друга наставлять. Придем к Господу, присягнем Ему. Ведь если покорный станет гордиться собой, то станет бунтовщиком. А бунтовщик, покаявшись, станет покорным. И тауба должна предшествовать всякому поклонению. Ведь любое поклонение без тауба является несовершенным. Всевышний сказал: «[Верующие –это] кающиеся[перед Аллахом], поклоняющиеся[Аллаху]» (ат-Тауба, 9/112), упоминая тауба прежде поклонения.

          «Совершив грех, спешите просить у Аллаха прощения, так как величайшим заблуждением является упорство в грехе». Он советовал прибегать к покаянию также и тем, кто находится в затруднении в отношении своего пропитания. Является беспечным говорить о тауба без упоминания Аллаха. А истинный зикр –это забыть о мирском, поминая Аллаха. Ведь именно тогда рабу достаточно одного Аллаха. «Познавший Аллаха отвернет лицо свое от всего иного», – говорил он. Познание Аллаха есть отказ от всего созданного. Только тот достигнет Господа, кто порвет связь с земным.

                                                           ***

          Критерий между караматом и истикаматом он объяснял следующим образом: «Борющийся с нафсом ради себя достигнет карамата, борющийся с нафсом ради Аллаха будет на истинном пути (истикамат), приблизится к Господу».

                                                           ***

          По его мнению, благородного человека можно узнать по этим четырем поступкам:

          1. Встает при появлении отца.

          2. Совершает служение для мусафиров.

          3. Если имеет даже сто слуг, сам взбирается на свое верховое животное.

          4. Не проявляет небрежности в служении учителю, который дал ему знания.

                                                           ***

          Добродетель, по его мнению, достигает совершенства, если:

          1. Видишь ее малой.

          2. Скрываешь ее.

          3. Совершаешь, не откладывая ее выполнения.

                                                           ***

          Он считал истинными наследниками Пророка (саллаллаху алейхи ва саллям) тех ученых и факихов, которые не увивались у порогов дворцов султанов и вельмож ради земных выгод. Он верил в то, что нет ничего дороже разума, и в то, что нет беды хуже, чем невежество. Он был уверен в том, что нет советчика лучше, чем коллегиальное решение, что лишь истинно сильный человек сумеет справиться со своим гневом, и что всегда следует сторониться компании пятерых:

          1 — компании лжеца, ибо ты всегда будешь обманут;

          2 — компании глупца, ибо навредит он, даже тогда, когда захочет помочь тебе;

          3 — компании скупца, ибо потратит он самое дорогое твое время попусту;

          4 — компании нечестивца, ибо он не поможет тебе, когда тебе будет нужно;

          5 — компании грешника, ибо тянет такого всегда на чужое, а тебя он продаст за кроху малую.

 

          Его завещание сыну

          Завещание Джа’фара Садыка сыну Мусе Казыму является также очень поучительным: «Сын мой, хорошо слушай то, что я завещаю тебе, будь внимателен к тому, что я тебе говорю! Если хорошо запомнишь то, что я говорю тебе, будешь жить счастливо, а умирая, будешь воздавать хвалу своему Господу. Сын мой, знай, что тех, кто доволен тем, чем наделяет их Аллах, Он сделает не зависимыми от людей. А те, кто постоянно смотрят на то, что в руках у других людей, так и умрут в бедности.

          Недовольный божественным уделом выступает против божественного предопределения. Видящие чужие малые грехи большими будут видеть свои грехи малыми. Считающие же малыми грехи других будут видеть свои собственные грехи великими. Заносящий над кем-то без права меч свой от того же меча и погибнет. Роющий для кого-то яму сам в ту же яму и упадет. Тот, кто пребывает в обществе глупых и невежественных людей, потеряет честь и достоинство. Пребывающий в обществе ученых и знающих найдет почет и уважение. Вхожий в места, пользующиеся дурной славою, найдет упрек и порицание. Всегда говори только правду, приятно тебе это или нет. И никогда не следи за людьми и не упрекай их, ибо всякий упрек поселяет в сердцах вражду и злобу».

          Золотая сильсиля обрела новый облик, когда на Джа’фаре Садыке соединились род Досточтимого Пророка (саллаллаху алейхи ва саллям) и род Абу Бакра (радыйаллаху анху).

                                                           ***

          Источники: Хильятуль-аулия, III, 192-207; Сыфатус-сафва, II, 168-174; Вефайатуль-айан, I, 327-328; Тазкиратуль-аулия, стр. 53-59; аль-Кавакибуд-дурриййа, I, 94-95; Кяшфуль-махджуб, I, 283-284; Ша’рани, I, 28-29; Д-р. Али Зей’ур, ат-Тафсирус-суфи лиль-Кур’ан индас-Садык, Бейрут 1979; Джеляль Кырджа, Тафсир Джа’фара Садыка, Э.У. Журнал Дух. Фак. Кайсери, 1989, VI, 95- 112, аль-Хадаикуль-вардийя, стр. 37-40; ад-Дурарун-надид стр. 22; Иргамуль-Марид, 40-41; Иргамуль-Марид Пер. стр. 53-55

Добавить комментарий